Тезисы с обсуждения спектаклей «Баллада о маленьком буксире», «Актёры» «Жила-была последняя Муха», «Дама с собачкой» и «Кроткая»
Алена Епина, Алиса Кудлай
22 сентября 2026
«Жила-была последняя Муха» Театра кукол «Карабаска»
Красивая дачная история с ажурным абажуром, креслом-качалкой, закрывающимися во время холодов окнами, на стёкла которых можно надышать и в туманном окошке нарисовать солнышко, сложилась для меня в рассказ об одиночестве, детстве, памяти и любви.
Действие происходит в двух планах: внутри повествования о житии-бытии последней Мухи развивается внутренняя история взаимоотношений между героями-актёрами. Изумительная Муха, колечком возникающая на пальце, рассказывает свою мушшшшиную историю, а актёры Наталья Красильникова и Андрей Тетюрин проживают историю двух одиноких людей. Он и Она. В белых одеждах и шляпах, провожающие лето и встречающие зиму, догоняющие любовь и опаздывающие в весну.
Тихая грусть по счастливой жизни звучит в уютном абажуре, под которым могла бы собираться семья; в тёплом джемпере, вяжущемся, чтобы кого-то согреть; в тонком тюле, который мог прикрывать окно на террасу в белом вишнёвом саду или даже быть изящным шлейфом фаты.
Но клубок времени сплетается по-другому, и нити жизни складываются в иную историю. Историю одиночества, быстрой потери друзей, неизбежных разочарований, подкрадывающейся старости.
Последняя Муха разочаровывается в людях, которые, как ей раньше казалось, всё делали для мух. Затем утрачивает веру в лето и беззаботную жизнь. Остаётся одна и, наконец, просто стареет.
«Некоторые дошли до того, что стали кусаться», — говорят про неё. Этот аллегорический перенос мушиного характера на человека заложен и в тексте Мамина-Сибиряка, но особенно явно прочитывается во взаимодействии героев в живом плане.
За дуэтом актёров театра «Карабаска» всегда любопытно наблюдать, замечать взаимопомощь, чуткость друг к другу и восхищаться взаимодействию со зрителями.
Тема несостоявшейся любви героев нежно звучит в осенней песне:
«Мы друг друга ни о чём не спросим...»
Ожидание чувства объединяет в борьбе с мухами и кухарку Пашу с садовником. И замыкает героев в раму одного окна, из которого можно было бы вместе смотреть на жизнь.
Ностальгические песни, оттенки белого и лиричность повествования отсылают к тем временам, когда люди проводили лето на дачах, ставили спектакли и жили прекрасную жизнь. Какая-то чеховская грусть разливается в этих шляпах, атмосфере, дышащей последним вишнёвым садом, каждой детали, которая обязательно выстреливает, как прищепки или свисающие с потолка нити бумажек, в иронии кукол-мухобоек.
Импрессионистическая лёгкость и грусть очаровывает и возникает желание прикоснуться к клубку ниток или крутящейся пластинке, просто смотреть и слушать, не задаваясь вопросами зачем и почему:
... потому что жизнь прекрасна, если ты живёшь и любишь, как в последний раз.
Хочется унести в себе ощущение хрупкости и нежности, глубокого вдоха и музыки, возникающее во время спектакля.
И главное, что всё по-настоящему: и варенье из рябины, и пиво.
